блог Данила Снитко

Оставлю его, пожалуй, в качестве архива. 

Я плавно переношу все в Teletype — https://teletype.in/@danil-snitko

Все новое будет появляться в Телеграм-канале «КукалякинНоутс» и в социальных сетях — в ВКонтакте и в Фейсбуке.  И всё рано или поздно стекается в отдельный блог — danilsnitko.ru

Заметил, что если день прошел, наполненный переговорами и встречами, между которыми не было перерывов с тишиной и покоем, мозг начинает сбоить. Он как будто входит в режим «информационная паника», а все собственные мысли воспринимаются вроде как с помехами. И ты начинаешь видеть картинки идей и проектов как сквозь череду разноцветного мелкозернистого говна, которое пляшет на переднем плане и мешает думать и жить.

Если перевести на язык моего любимого с недавних пор термина «мыслетопливо», то это — как будто дым от только что сгоревшего мозгоресурса, который застилает все остальное.

И совершенно необходимо после каждого сеанса ломания копий (особенно — если они прошли не позитивно) спокойно посидеть или походить (идеально — полежать) хотя бы 20 минут, чтобы дым от сгоревшего мыслетоплива улегся.

Для коллег это, кстати, может звучать грубо: «Не трогайте меня и не разговаривайте со мной ближайшие 20 минут». Коллег обижать нельзя, но можно просто молча выходить за пределы офиса, или надевать наушники. Можно выделить в течение дня время, когда тебя нельзя трогать, а можно ставить встречи с обязательным промежутком между ними, в который строго-настрого запрещено вклинивать что-то еще.

Еще есть такая штука как «туалетное делегирование»: когда тебя дергают по разным «внезапным» вопросам, едва завидев по пути, скажем, в туалет. За это вообще надо разбивать колени молотком. Но об этом уже говорил один умный человек, повторяться не буду.

Телефоны. Samsung N500.

Моим первым телефоном стал Samsung SGH-N500, в обиходе — «ну такой серебристый, с голубой подсветкой». Холодным весенним утром субботы я купил это волшебное устройство. 

Мне было семнадцать и я работал дизайнером сразу в нескольких компаниях. Делал все подряд: рисовал афиши каких-то мероприятий, мастерил затейливые обложки музыкальных сборников вроде «200 ГорЯчИх ЛеТнИХ хит-OFF!» для магазина пиратских дисков, верстал разворот про компьютерные игры в местном журнале, анимировал заставки для дорогих свадеб и корпоративных фильмов про афганцев. В одной из компаний, где я работал, у меня была должность арт-директора. Если вдуматься, это было смешно. Впрочем, это было лучше, чем быть арт-директором какого-нибудь ночного клуба. Таких вообще поголовно считали наркоманами.

Один из клиентов ежемесячно платил мне аж по сто долларов. Невероятные сто долларов одной бумажкой! Ее каждый раз приходилось менять на рубли в обменнике, показывая паспорт похожей на окуня тетке за грязным стеклом. Это было неудобно, но безумно, умопомрачительно круто! 

На эти сто долларов я и купил себе первый телефон.

Есть такая переоцененная книга — «Атлант расправил плечи». Я никогда не понимал, почему ее так все любят: категоричный однотонный манифест, к тому же написанный бесцветным сухим языком, с наивной драмой и гипертрофированными проблемами. 

Талант — скользкий и мерзенький тип, сказать по правде.

Сколько себя помню, пытаюсь установить закономерность между проявлениями окружающей среды и поведением этого пройдохи. Что именно я называю талантом?  Да все подряд. Пришла новая крутая идея? Талант. Хорошо что-то получилось? Талант. Идей пока нет, но есть большое желание что-то сделать? Тоже пусть будет талант.

Так вот. Талант — форменный гад. Я потратил на изыскания уйму времени, но до сих пор предсказать дни и часы появления Его величества непросто. Вот что я выяснил. 

Талант очень просто задушить рутиной. Даже в пределах одного рабочего дня. Даже в пределах часа.

Вот ты проснулся, в тебе бьется и играет талант.  Переливающиеся всеми цветами рыбки таланта выпрыгивают из искрящегося ручейка сознания. Ты готов свернуть горы. Прыгнуть с парашютом. Подмять под себя все финансовые рынки мира и изобрести лекарство от рака. Но...  Приходит рутина. Позвони тому-то. Напиши то-то. Объясни банку, почему ты не будешь брать их сраный кредит. Рабочие дела давят внутренние диалоги с талантом. Новые идеи вроде как иногда так же рождаются, но если день наполнен бесконечными переговорами, встречами — к концу дня из всего этого образуется мутный лед, за которым уже тяжело разглядеть трепыхание разноцветных рыбок таланта.

Да, талант редко посещает во время рутины.

Однажды я решил, что буду много читать. Решение это далось мне легко — я и так был задротом-ботаном. Никаких ломок не последовало. Я просто быстрее стал слепнуть.

Шли годы. Я начал работать. Выяснилось, что в бизнес-среде читать — модно. Я бросил читать художественную литературу, и стал стараться читать еще больше книг на профессиональные темы. Заказал даже пару коробок книг из интернета. На пике формы получалось читать по некоторому количеству книг в месяц. В периоды, когда я не был занят чтением, я обычно рассказывал, как много я читаю. Я так всем и говорил "Я читаю по некоторому количеству книг в месяц! Это очень много!"

Шли годы. Путин все еще был у власти. Ученые изобрели электронные «книги» и телефоны с большими экранами. Я стал читать еще больше. Потому что теперь удавалось читать вообще везде, где только можно. Кроме туалета. В туалете я ничего не читал, потому что считаю такую привычку мерзкой до зубовного скрежета. Возможно, я просто недалекий.

Шли годы. Книг по бизнесу, саморазвитию, психологии и лайфхакам стало настолько много, что это наводило панику. Особенно наводили панику фотографии в социальных сетях, где граждане хвастались своими богатыми библиотеками книг по бизнесу, саморазвитию, психологии и лайфхакам. Стало ясно, что надо читать еще больше.

Тогда я открыл для себя пару сайтов, где книги по бизнесу, саморазвитию, психологии и лайфхакам выкладывались в виде кратких пересказов.

Установил в свой самый первый макбук (2007 года выпуска, черный, красивый и всё ещё живой засранец) SSD-диск.

Совершенно точно, SSD-диски способны вдохнуть жизнь в самые безнадежно тормознутые компьютеры. Если вам кажется, что ваш комп безнадежно устарел, на ладан дышит и Виндовс 95 на нем уже шевелится еле-еле, смело ставьте туда SSD-диск.

Игры, конечно, как не шли на вашем барахле, так и не будут идти, зато все мелкие операции (из которых и складывается впечатление о «тормознутости» машины) будут просто летать.

Прирост скорости — вместо 30 мегабайт в секунду (скорость обычных винтов) будет 150 (на ооочень старых машинах), 300 (на умеренно старых машинах) или даже 600 (на довольно новых машинах, на которых по какому-то недоразумению до сих пор стоял обычный HDD)

Про Виндовс 95 я, конечно, загнул, но тем не менее. SSD подойдет всем компам с коннектором диска SATA (примерно c 2003 года).

P. S. Вы спросите, нахрена реанимировать столь старый ноут?

Ну, во-первых, он очень кайфный по дизайну и внутри и снаружи. Клавиатура просто атас. Новые маки (а тем более виндовые ноутбуки) и рядом не стояли.

Во-вторых, это для меня не просто ноут, а самый первый, купленный на пике кризиса под Новый 2009-й год, когда моя дизайн-студия Digital Smile с треском разорилась, и казалось что все, труба. Заказов нет, будущего нет. Тогда я пошел и эгоистично купил себе Мечту (http://danilsnitko.ru/novy-god-i-sbtcha-metcht).

Познакомьтесь. Это — некоторый Анатолий Харитонович. Немолодой лысоватый мужчина, он работает в крупной компании, сморкается на землю, любит творчество «Лесоповала» и местное разливное пиво. Неважно, кем он работает. Он не из этих «белых воротничков», часами выжигающих себе глаза перед компьютером. Что-то делает руками, и весьма неплохо. Важно то, что до сегодняшнего дня Анатолий Харитонович и не думал, что в нем живет тяга к бесконечным улучшениям совершенно незнакомых сущностей.

Именно сегодня младший бренд-менеджер компании Максим Евгеньевич Тендр, его сосед по даче, остановил Анатолия Харитоновича в коридоре и внезапно заговорил с ним. Это был первый случай в жизни Анатолия Харитоновича, когда человек с таким мудреным титулом — «младший бренд-менеджер» — заговорил с ним по работе. А не через забор по даче.

Максим Евгеньевич Тендр показал Анатолию Харитоновичу какую-то козявку с подписью на экране смартфона и свойски спросил: 

— Ну как, нравится вообще? 

Сначала Анатолий Харитонович немного растерялся. Молча смотрел на козявку и моргал. Нестерпимо хотелось высморкаться на пол, но — сдержался. Он, вообще-то, о таких козявках с подписями даже и не думал никогда. Он такие козявки, вообще-то, в гробу видал. Или в жопе. Вместе с подписью. Ха-ха! Анатолий Харитонович даже немного развеселился, представив козявку в гробу или в жопе. А потом — одновременно в жопе и в гробу. Тут ему стало совсем смешно. Он разулыбался, задышал легче. 

Иногда, когда закрывается заведение, брендинг которого делали мы, очередной трусливый анонимный мудак на каком-нибудь местном новостном сайте пишет что-то вроде: «АХАХАХА ВОТ ТАК И ЗНАЛ ЭТО ЖЕ ЛОГОТИП (БРЕНДИНГ) ТАКОЙ ИХ УБИЛ АХАХАХАХА!».

Естественно, безымянные мудаки из интернета в брендинге разбираются не особенно. Обвинять логотип/брендинг в том, что заведение почему-то не выдержало и закрылось — примерно так же верно, как говорить, что кто-то умер от рака потому, что на нем была рубашка в горошек. Или что дом обвалился потому, что его покрасили яркой краской. Или пытаться бороться с преступностью путем переименования милиции в полицию.

В большинстве случае бренд — это небольшая часть успеха продукта или заведения. Если вы не Apple, не Coca-Cola или Nike и еще не сравняли стоимость капитализации бренда с размером ВВП небольшого государства в Восточной Европе, смерть от внезапного ребрендинга вам не грозит.

Мы всегда честно говорим клиентам, что брендинг — не палочка-выручалочка или спасательный круг, и если бизнес уже чувствует себя неважно, мы ему, скорее всего, уже не поможем. Тут впору звать финансовых аудиторов или уже даже арбитражных управляющих, а не брендинговое агентство.